Ужин с видом на Эльбрус

Автор: Александр Ч.

Давно хотел написать о происхождении фамилии «Ясинский».

Своими корнями фамилия «Ясинский» отсылает нас к двум версиям. Первая заключается в том, что неграмотный писарь в глухом-преглухом веке услышал «Ясинский» от графа Калиостро. Вторая версия с первой солидарна. А вся соль заключается в том, что на самом деле произносил граф, усиленно артикулируя своим ртом, и кто же из них двоих был пьян. Или оба сразу?

А дело было так. В полутемной избушке-землянке горела лампадка. Потолок был светловат. А пол — темноват. За небольшим столиком-конторкой со столешницей из анделит-камня сидел писарь в норковой шубе и шапки из писца. Писарь держал в руках перо. На столе перед ним лежал сверток полу-желто-чайного цвета пергамента. Рядом стояла чернильница. Что было в углах комнаты, было не разобрать. Писарь как бы находился в центре светлого круга. Пред его взором, метрах в двух-2,5-ой находилась низенькая деревянная дверь. А справа от него — небольшое овальное оконце со слюдяным остеклением.

За оконцем стоял зимний, февральский вечер. Поле снежное. Поодаль лес. Главный кавказский хребет и Эльбрус. Кроме писаря, в хибарке более никого не было. Перекрестясь на неразличимый в полутьме образок, он сунул руку куда-то под стол, извлёк большую бутыль горилки, стакан, баранье сало. Налил. Выпил. Закусил. И тут! Как гром среди ясного неба с грохотом и сиянием распахнулась дверь!

Писарь просиял! На пороге в красном мундире, черных штанищах, черных ботфортах и с закосиченными на затылке волосами стоял граф! Писарь немедля спрятал под стол горилку, сало и почему-то обмакнув перо в стакан вместо чернильницы, принялся водить им по пергаменту.

Калиостро вошел. Дверь за ним закрылась сама собой.

— Ваше сиятельство! Чего угодно? — спросил писарь.

Калиостро сверкнул глазами. И спросил, почему стакан пуст. Писарь нехотя полез рукой под стол, достал бутылку с горилкой и налил порцию для Калиостро. Тот выпил горилку залпом и снова сверкнул глазами.

— Чего Ваше сиятельство изволит… — забормотал писарь, — в наших краях-с, так сказать… Горилочка вот-с… Кончается-с… Может, записать-с Ваше сиятельство в ведомость-с…

Калиостро снова сверкнул глазами, залез рукой под стол писарю, долго там лазил, что-то бормоча, в конце концов достал бутыль с остатками горилки и всю её, пардон, выжрал под осуждающие взгляды писаря.

— Ну запиши меня! — резюмировал Калиостро.

— Как же-с?

— Я-с-с-сс… — подействовала горилка на графа, — Я-с…

— Приехали-с???

— С… Сс… С…

— Приехали-с?

— С… Синай-с… Син-ссс…

— Сиятельство! — добавил писарь. — Как изволите, Ваше сиятельство!

У писаря к тому моменту в глазах Калиостро начал двоиться, так как выжрал слишком много горилки. Впрочем сам Калиостро утверждает, что это двоились глаза писаря, а не он. Так как был трезв как стеклышко.

«… 29-му числу месяцу сентябрю, — выводил писарь на пергаменте, — лету одна тысяча 886-му… Прибыв на гору Эльбрус два брата, и оба графы… Сиянский и Ясинский… И быв при них кучерЪ Синайский…»

3 октября 2012 г.

Добавить комментарий